Блудный сын

Прошло немного времени, и Анна познакомилась со всеми девушками, чьи адреса дал ей загадочный старик. Вместе их оказалось десять человек. Они почти каждый вечер собирались на квартире одной из них и ставили свои Лампы на средину комнаты. Их сияние было так восхитительно, а ощущение присутствия Царевича настолько явственное, что девушкам совсем не хотелось выходить на улицу, где царил сплошной мрак и бесчинствовали Злые Звери. Однако они брали Лампы и шли, потому что только свет мог помешать Злым Зверям безраздельно господствовать в Диком Лесу. Временами девушкам встречались и другие обладатели Ламп, с которыми они иногда вели беседы, но в основном все держались настороженно, потому что были из разных домов. Анна замечала это, и её сердце сжималось от горечи: в душе она была уверена, что это неправильно, – ведь Царевич был один-единственный и его Лампы светили абсолютно всем! Вот если бы вдруг собрались вместе все их обладатели, то свет множества Ламп стал бы таким ярким, что Злые Звери не посмели бы сунуться к их домам. Другие собиратели колючек узнали бы о Царевиче, обладателей Ламп стало бы ещё больше, и тьма не смогла бы их поглотить до самого его возвращения…

– Эй, осторожней! Смотри, куда идёшь.

Задумавшись, Анна наткнулась на молодого оборванного человека.

– Разуй глаза, мечтательница!

– Извини. – Анна смутилась. – Почему ты не сидишь ночью дома? Разве ты не боишься Злых Зверей?

– А разве похоже, что у меня есть дом? – язвительно спросил парень. В свете Лампы Анна заметила на его лице печать ожесточенности.

– Но у тебя же был когда-то дом? – растерянно спросила она.

Парень скользнул по ней ироничным взглядом.

– Был, – после недолгого молчания ответил он. – У меня был такой дом, какой здесь не могут даже представить.

– Где он? – с замирающим сердцем произнесла Анна: она догадалась, что парень этот чужестранец, хоть и выглядел хуже самого жалкого собирателя колючек. Однако такой благородной осанки она не видала ни у одного обитателя Дикого Леса.

Он покосился на Лампу:

– Я вырос при свете тысяч таких Ламп и был меньшим сыном своего отца, который любил меня так, как здесь никто любить не может… – Парень замолчал, по щекам его покатились слёзы. Опустив глаза, он свернул на тропинку, намереваясь идти дальше.

– Постой! – Анну тронули его слова и слёзы, ведь обитатели Дикого Леса не умели плакать. – Если твой отец так сильно любит тебя, как ты говоришь, то почему бы тебе не вернуться к нему?

– Это невозможно, – не оборачиваясь, глухо ответил парень.

– Почему? – снова спросила Анна. – Разве твой отец… исчез?

– Нет, он всё так же живёт в нашем доме, но я оставил его. Я отказался носить его имя. Мне хотелось выглядеть взрослым и независимым, и я забрал деньги, которые причитались мне по наследству, и… растратил их. Теперь мне некуда идти, когда-нибудь я погибну в Диком Лесу.

Анна рассмеялась. Парень гневно взглянул на неё, но она примирительно сказала:

– Не сердись, я так рада, что тебя встретила! У меня для тебя отличная новость: твой отец любит тебя и повсюду разыскивает. Только откуда он мог знать, что я тебя увижу?

Анна сбивчиво рассказала о знакомстве с необычным стариком, представившемся ей отцом этого парня. Он слушал девушку не перебивая, и с каждым словом глаза его разгорались всё ярче.

– Я действительно не могу объяснить, каким образом отец мог предузнать нашу встречу и откуда ему известны адреса твоих соседок, обладательниц Ламп. Но одно несомненно – отец любит меня по-прежнему и ждёт. Это такое счастье – знать, что я любим отцом, несмотря на всё горе, которое я ему причинил… Спасибо тебе за эту новость, сегодня ты оживила меня. Прощай!

Парень зашагал прочь и скоро скрылся из виду.