29. Явное Божие водительство

Достигнув ещё одной вехи на пути своего служения, пастор Розенберг написал следующее резюме:

«Когда очертания чёрных туч Второй Мировой войны начинали ясно вырисовываться на мировом горизонте, я был ещё в Америке, но обстоятельства определённо подталкивали меня возвратиться в Польшу. Сделав коротенькую остановку в Голландии, чтобы посетить нашу младшую дочь Марию, больную туберкулёзом лёгких и помещённую в санаторий, я добрался до Польши в августе 1939 г. Внутреннее побуждение подсказывало, чтобы я не оттягивал своего возвращения. Я должен был руководить работой в Польше и, предчувствуя неминуемую грозу, поспешил домой к своим сотрудникам и, конечно, к жене, дочери и другим родственникам, помогавшим мне тогда в моём служении.

Когда я приехал домой, они не могли понять, как я решился путешествовать в такое время. Я ответил, что Сам Господь побудил меня возвратиться немедленно домой. Он знал, как со мной говорить, и моё присутствие дома тогда было действительно необходимым.

Вторая Мировая война, которая началась в сентябре 1939 г., была только одной из семи бед в моей жизни за последние 35 лет. Она была одним из семи бедствий, в которых я прямо или косвенно, в той или иной мере, участвовал с самого начала своего служения. Некоторые из них нанесли мне лично, моей семье и работе очень болезненно ощутимые удары и непоправимый ущерб.

Только одна война России с Японией, вскоре после моего прибытия в Одессу в начале этого столетия, с последовавшими за нею погромами и большевистской революцией со всеми её последствиями, арестами, гонениями и, наконец, изгнанием и полной потерей всего в личном и миссионерском плане на всех уровнях, могла бы повергнуть кого угодно в глубокое уныние и даже отрицание веры, что и случилось со многими. По милости Божией я устоял, и, оглядываясь назад, взвесив всё своё, иногда трагическое, прошлое, со всей искренностью ума и сердца могу сказать: «Притом знаем, что любящим Бога, избранным по его изволению, всё содействует ко благу» (Римлянам 8:28).

Как я уже говорил раньше, моё возвращение в Польшу произошло под явным водительством Господа. Многое нужно было устроить и серьёзно обдумать, так как надвигающиеся события могли повлиять на всё служение Миссии. Пережитые в прошлом беды обогатили мой опыт и принесли пользу.

Мы начали готовить бомбоубежища, но очень скоро сообразили, что при нашем количестве работников и детей нам лучше положиться на 90-й Псалом и покоиться под сению Всемогущего. Хотя смерть и разруха царили во многих местах, мы были (пока что) в безопасности, и Господь по Своей бесконечной милости защищал нас от не столь далёкого мрачного будущего.

Тот факт, что мы управлялись Комитетом доверенных лиц и являлись Евангельской Миссией для евреев «внутри страны», явился для нас щитом от нацистских захватчиков, но только на короткое время. Сиротский приют в десяти милях от города привлекал внимание бомбардировщиков из-за близости железной дороги и леса. Наши здания сотрясались от взрывов бомб и снарядов. Все мы, от мала до велика, постоянно молились, на что Господь по милости Своей обратил Своё внимание. Помощь продолжала приходить из самых неожиданных источников, пока было возможно, и мы держались.

Для евреев Польши жизнь становилась с каждым днём опасней, и мои сотрудники начали намекать, что для облегчения создавшегося положения необходимо что-то предпринимать. Как основатель Миссии, я чувствовал бремя ответственности более, чем когда-либо раньше. Мне становилось всё понятней, что Бог желает, чтобы я покинул терзаемую войной Польшу с тем, чтобы войти в контакт с друзьями, от которых мы были полностью отрезаны, и позаботиться о восполнении нужд «Вефиля».

Некоторое время я колебался из-за опасности, с которой этот шаг был сопряжён. Мне нужно было пройти через враждебно настроенную к евреям страну, как меченому и поставленному вне закона еврею.

Путь был кромешно тёмным. Восьмого ноября мы объявили специальное собрание сотрудников Миссии и евреев-христиан. После продолжительной молитвы было единогласно решено, чтобы я предпринял это опасное путешествие для пользы дела. Я никогда не забуду свой прощальный вечер, который во многом напоминал тот, который описывается в 20-й главе книги Деяний Апостолов. Меня ободрила храбрость моих домочадцев, особенно жены, которая опять сказала: «Ты мой, но в первую очередь ты принадлежишь Господу, Которому ты служишь».

Итак, я прыгнул в челюсти льва, чтобы ещё раз убедиться в том, что Бог Даниила вчера, сегодня и вовеки — тот же. Хотя я и был задержан по пути, я ощущал поддержку и ободрение от слов из книги Иова 5:19:

«В шести бедах спасёт тебя, и в седьмой не коснётся тебя зло».

Вспоминая бедствия в моей жизни, я убедился, что эти слова буквально исполнились на мне. Господь спас меня и в этот раз, в моём седьмом бедствии. Меня продержали три недели, а потом отпустили и позволили перейти границу в Берлин. Я мог бы заполнить своими переживаниями несколько книг, но следует держаться сути, а тогда мне нужно было предпринимать шаги для повторной поездки в Америку.

Из-за создавшихся условий мой план казался безнадёжно обречённым на провал. Путь был преграждён со всех сторон. Мне посоветовали не пытаться ехать в США без сверхквотной визы. Я снова положился на обетования, что любящим Бога, избранным по Его обетованию, все содействует ко благу, и моё положение начало меняться.

Документ, подтверждающий, что я служитель Евангелия и много лет трудился исключительно в этой отрасли, с приложенным удостоверением от полиции, так называемым досье, говорили о моей благонадёжности и по тогдашним иммиграционным законам США давали мне право на постоянную визу!

Итак Господь преодолел все трудности и проложил для меня путь в Соединённые Штаты Америки. В этом я тоже видел явное Божие водительство ради спасения наших страдальцев в Польше.

Что касается моей жены, я благодарю Бога, что перед тем, как покинуть Голландию, я смог оформить все нужные документы, включая разрешение въезда в Голландию и сверхквотную визу в США, как только ей разрешат покинуть Лодзь. Я хотел, если на то воля Божия, чтобы она присоединилась ко мне в этой поездке…»

На этом заканчиваются личные записки пастора Розенберга, но из архивов и старых выпусков журнала Миссии «Свидетель Вефиля», а также из устных высказываний Розенбергов уже в Америке, известно, что Фанни Розенберг не смогла тогда присоединиться к мужу, и они разлучились на семь лет! Они встретились только в 1947 г., после ужасной войны и трагических потерь, которые выпали на долю этой замечательной семьи и уникальной Миссии.