2. «И с мухами дружил… »

       – Ничего не поделаешь, Виктор, больничный лист нужен. Придётся сдавать эти дурацкие анализы. Ну почему эта женщина верит не ему, а каким-то антителам? – так думал Гороскопов, выходя из кабинета.

       Ирина Петровна решила, что их дальнейшие отношения с особенным пациентом будут зависеть исключительно от результатов анализов, ей самой сифилис тоже был ни к чему, поэтому удостовериться было необходимо.

      Уже через два дня результаты были готовы. И на листке с его фамилией значился диагноз – первичный серопозитивный сифилис.

      – Это какая-то ошибка! – недоумевал Виктор. – В жизни не обходится без ошибок. И на этот раз мне просто не повезло. В лаборатории просто перепутали анализы.

      Ирина Петровна, получив результаты анализов своего любимого пациента, больше торжествовала чем огорчалась. Во-первых, потому что выявила серьёзное заболевание, а во-вторых, потому что не связала судьбу с этим человеком и даже ещё не успела открыть никому свои планы о замужестве с Гороскоповым.

       – Да бог с ней, с этой фамилией. Лучше с некрасивой фамилией, чем с нехорошим заболеванием, – так думала врач по фамилии Мигрень, со спокойной душой перенаправляя Виктора к новому специалисту.

* * *

       Вечером Виктор лежал на диванчике веранды дачного домика и думал о предстоящем визите к врачу. Виктора беспокоило его нынешнее состояние, работа давалась с большим трудом, да ещё и постоянная изжога, от которой уже ничего не помогало. А работал он на роботостроительном заводе, поэтому в голове чаще всего роились научные слова и технические термины. Неудивительно, что и о своих болезнях он думал как робот, примерно так: «Функционирование моих органов нарушается скорее всего в результате воздействия на них патогенных факторов или вследствие нарушения работы иммунитета, и системам моего организма просто необходим комплекс хирургических и терапевтических мероприятий, направленных на устранение причин заболеваний».

       Гороскопов глядел на потолок, перебирая в памяти последние события. Течение мыслей было прервано внезапно влетевшей в открытую дверь мухой. Кстати, даже мухи казались ему роботами-насекомыми, что-то вроде радиоуправляемого самолётика. Чёрная муха летала возле люстры и жужжала, описывая в воздухе фантастические петли. Около того места, где она летала, Виктор разглядел чёрную точку. Подойдя поближе, он увидел другую муху, но уже дохлую. Он сначала не понимал, о чём жужжит муха, но вдруг ему показалось, что та сказала:

       – Подруга моя.   

       – Да, да, она так и сказала, это точно, – только теперь он понял, о чём прожужжало насекомое. 

      Он осторожно взял дохлую муху и решил забальзамировать, положив в цветущий кустик бальзамина, стоявший на окошке. А живую решил, как-то успокоить. Понял, что это она от горя совсем не находила себе места.

      – Я буду дружить с тобой, – сказал Гороскопов, и та вскоре успокоилась где-то среди кустиков бальзамина.

      Получив результаты анализов, Виктор решил, что ему остаётся дружить лишь с мухами – им совершенно всё равно, какой у него диагноз.