37. Приезд других родственников

Следующей семьёй, прибывшей в Америку после Евгении и Сергея, была семья Сиверта и Марии Слорт с их двумя детьми, Анитой и Яном. С 1937 года они проживали в Голландии и тоже много лет не виделись с родителями Марии.

Вскоре после рождения второго ребёнка, Яна, у Марии открылся туберкулёзный процесс в лёгких, и её поместили в санаторий. Когда в сороковом году нацисты оккупировали их страну, Мария хотела возвратиться домой к мужу и детям, потому что врачи объявили её здоровой, то есть, уже не заразной. Но главный врач посоветовал ей остаться в санатории, полагая, что там ей будет безопасней. Её удостоверение личности было помечено огромной буквой «J», указывая на её еврейское происхождение, и ей была выдана жёлтая звезда со словами Jood (еврей), так что опасения врача были вполне обоснованными.

Задержка в санатории оказалась действительно жизнеспасательной для Марии, и когда кончилась война, семья Слорт начала прощупывать возможности переселения в более тёплый климат, чем в Голландии. Попытки попасть в Швейцарию не дали желанных результатов, и они решили выехать в Калифорнию — на радость Розенбергам.

С самого начала новой жизни в Америке Сиверт включился в работу любимой Миссии, а Мария продолжала набирать силы, пока и она тоже смогла примкнуть к служению в Миссии и продолжала его далеко за пределы жизни своих родителей, которые никогда не думали, что увидятся с нею, и, тем более, что она их переживёт. Снова Божий пути оказались выше человеческих.

Третьей оставшейся в живых во время войны дочерью была Елизавета Вик, врач-миссионер из Индии. Получив прекрасное медицинское образование в Германии ещё до начала войны, она изъявила желание трудиться в одной Британской Миссии. Её легко приняли и вскоре командировали в Индию, где она учила медсестёр в медицинском колледже и занимала должность главного врача в крупной больнице в Дели.

Когда в Германии пришли к власти нацисты, она, как еврейка, не могла выйти замуж за своего немецкого жениха и оставалась незамужней до сорокалетнего возраста, а потом, уже в Индии, вышла замуж за англичанина с высокой должностью в Дели и оставалась с ним в Индии до тех пор, пока Англия не дала этой стране независимость.

Миссионерское служение в Индии спасло Елизавете Розенберг-Вик жизнь. Для неё оно было Божией защитой и навсегда останется тайной, почему некоторые евреи гибли, а другие чудесным образом выходили нетронутыми из самых опасных ситуаций. Действительно, Бог действует независимо от человека, и Его пути неисповедимы.

Во время войны связь между Елизаветой и родителями была минимальной, но как только открылась возможность, она приехала в Америку для встречи с ними и с сестрами, с которыми она не виделась много лет. В 1948 году она посетила Америку и пробыла недолго, но в 1950 году пробыла несколько лет и всё это время принимала активное участие в работе Миссии «Вефиль» в Лос-Анджелесе.

Когда миссионерский зов снова побудил её уехать за океан, она записалась в своей прежней Британской Миссии на четыре года в Пакистан и возвратилась только потому, что заболела раком почки, ставшим впоследствии причиной её смерти. Елизавета, или «Вики», как её называли друзья, была типичной «Розенберг» в том смысле, что горела тем же неугасимым миссионерским огнём, что и её родители и сестры. У неё был твёрдый характер и незаурядная способность служить Богу. Как и все остальные члены её семьи, она говорила на нескольких языках и к тому же любила спорт, путешествия, верховую езду, книги, игру на пианино и людей!

Следующей гостьей Розенбергов в Лос-Анджелесе была сестра Фанни Розенберг Елена, та, которая была «первым плодом» в самом начале их миссионерского служения. Во время войны она жила в Англии, и потому была вне опасности. Она сама была по праву миссионеркой, рукоположенной диакониссой, и привела многих евреев и неевреев ко Христу. Она не оставалась долго в США, но встреча с нею была радостной для тех родственников, которые знали о ней только понаслышке и по фотографиям. Дочери Розенбергов, конечно, помнили свою тётю, особенно Евгения, с помощью которой тётя пришла ко Христу.

Как только родилось Израильское государство, тётя Елена уехала туда и служила там до самой своей смерти, до середины шестидесятых годов. Ещё многие близкие и дальние родственники и друзья собрались в послевоенные годы в Лос-Анджелесе, и Леон и Фанни чувствовали себя, как древний Иов, чьи поздние годы были счастливее ранних. Очень много прекрасного произошло с ними именно в последние двадцать лет их жизни уже в Америке, а самой великой радостью и благословением было рождение государства Израиль на древней палестинской земле.